Симптомы нарушения функции нижних мочевых путей (СНМП) – широко распространены у мужчин старше 40 лет, оказывают значительное влияние на качество их жизни и приводят к существенным экономическим затратам [1,2]. Этот термин впервые был введен в практику в 2000 году [3]. СНМП – имеют многофакторную этиологию и неспецифичны в отношении широкого круга состояний. У мужчин наиболее часто их наблюдают при заболеваниях предстательной железы (доброкачественная гиперплазия, рак, простатит), мочевого пузыря, уретры, синдроме хронической тазовой боли, нейрогенных нарушениях мочевых путей и тазового дна и пр. [4,5].
СНМП подразделяются на симптомы фазы накопления мочи (ирритативные), фазы опорожнения мочевого пузыря (обструктивные) и постмикционные. Выраженные СНМП вызывают беспокойство и снижают качество жизни пациентов.
Показано, что частота СНМП увеличивается с возрастом [6]. Большинство пожилых мужчин имеют хотя бы один симптом нарушения функции нижних мочевых путей. Поэтому с ростом продолжительности жизни населения прогнозируют увеличение числа мужчин, страдающих СНМП, что несомненно приведет к возрастанию экономических затрат на лечение [2].
В последние годы особое внимание уделяют т.н. модифицируемым факторам риска СНМП, к которым, в частности, относят метаболический синдром и его компоненты, которые могут стать потенциальной целью профилактических мероприятий [6]. Однако убедительных доказательств достоверной зависимости развития СНМП от данных факторов в настоящий момент не представлено [7].
Таким образом, информация об истинной распространенности и выраженности СНМП, как и связь их с факторами риска, представляет большой интерес не только с клинической точки зрения, но и с позиций организации здравоохранения на разных уровнях, включая общегосударственный. Такие данные могут быть получены в ходе популяционного исследования мужчин старших возрастных групп, однако в России до настоящего времени методологически правильно организованных популяционных исследований СНМП проведено не было.
Популяционное исследование, согласно определению Национального института рака США (NCI) – это исследование группы лиц из общей популяции, которая отражает основные характеристики популяции, такие как возраст, пол или состояние здоровья. Эта группа может быть изучена для решения различных задач, таких как ответ на применение лекарственных средств или оценка риска развития заболевания [8].
Согласно Encyclopedia of Behavioral Medicine, популяционные исследования направлены на получение ответов на изучаемые вопросы об определенной группе населения [9]. Ответы должны быть обобщающими для всей популяции, предусмотренной в гипотезе исследования, а не только для отдельных лиц, включенных в исследование. Данный подход рассматривают как внешний критерий валидности выводов исследования. Правильный выбор, а также надежную и достоверную идентификацию популяций, в которых исследуемые вопросы для конкретных групп населения могут быть изучены наиболее полно, относят к самым важным методологическим аспектам популяционных исследований.
Популяционные исследования могут быть различных типов: «случай-контроль»; кросс-секционные; исследования близнецов; проспективные или ретроспективные когортные исследования. Важным вопросом является выбор кандидатов для включения в исследование – они должны отражать специфические особенности всех лиц, составляющих изучаемую популяцию [9].
Таким образом, ни одно из ранее проведенных в нашей стране исследований не отвечает вышеперечисленным критериям из-за недостаточного охвата изучаемого контингента и низкой репрезентативности. Так, одна из подобных работ – «Симптомы нижних мочевых путей у мужчин Северо-Западного региона Российской Федерации: анализ результатов популяционного исследования», основана на опросе всего лишь 201 респондента из 12 млн. мужчин, проживающих в указанном регионе [10].
Все вышесказанное и определяет актуальность настоящей работы.
МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ
В 2013 – 2016 гг. НИИ урологии и интервенционной радиологии им. Н.А. Лопаткина – филиал ФГБУ «НМИЦ радиологии» Минздрава России при содействии Администрации и Минздрава Воронежской области в рамках региональной программы «Урология, мужское здоровье и активное социальное долголетие» (Программа) провел в Воронежской области, в том числе в Новохоперском и Бобровском районах, популяционное исследование распространенности СНМП у мужчин, в ходе которого оценивали зависимость СНМП от возраста и ряда других антропометрических показателей. Среди взрослого населения Воронежской области болезни органов мочеполовой системы в общей структуре первичной заболеваемости занимают 4-е место (8,7%) [11]. Всего в Воронежской области за 4 года реализации Программы было обследовано 88% мужского населения региона старше 45 лет с использованием анкеты IPSS. Из этого числа 22,0% были направлены к амбулаторному урологу с клинически значимыми СНМП и подозрением на ДГПЖ. У 9,0% всех опрошенных и 41,0% от направленных на обследование диагноз ДГПЖ был подтвержден. В итоге, прооперировано по поводу ДГПЖ 3,1% от числа прошедших анкетирование и 35,1% от числа пациентов с подтвержденным диагнозом [11].
В настоящий анализ вошли данные о распространенности СНМП, полученные по результатам анкетирования мужчин возрастной группы 40-69 лет, проживающих на территории Бобровского района Воронежской области. Всего на данной территории на момент исследования проживали 50442 жителей: городское население – 21135 человек; сельское население – 29307 человек; мужчин – 23707 (48%); женщин – 26229 (52%). Пожилых людей за пределами трудоспособного возраста было 13114 (более 25%) человек.
Бобровский район был выбран с учетом того, что состав его жителей по полу и возрасту отражает популяцию Воронежской области, которая, в целом, соответствует структуре народонаселения центральных регионов России. Так, на 2017 год в Бобровском районе, Воронежской области и Центральном Федеральном округе проживали 5442, 415000 и 16054610 мужчин изучаемой возрастной категории, соответственно (табл. 1).
Таблица 1. Процентное распределение мужского населения по возрастным группам
| Регион / Возраст | 40 – 49 | 50 – 59 | 60 – 69 |
|---|---|---|---|
| Бобровский район | 28,1 | 41,1 | 30,1 |
| Воронежская область | 36,2 | 39,2 | 25,2 |
| ЦФО | 33,6 | 36,2 | 29,4 |
В исследовании приняли участие 4876 (89,5%) из 5442 мужчин возрастной группы 40-69 лет, ранее не оперированных по поводу ДГПЖ. Минимальная расчетная выборка для получения репрезентативного результата по изучаемой популяции должна составлять не менее 1249 респондентов. Расчет осуществляли по формуле:
n = (t2* σ2 *N)/(N* Δ2 + t2*σ2)
где: n – объем выборочной совокупности, Δ – величина допустимой ошибки в долях, N – величина генеральной совокупности, t – коэффициент доверия (критерий достоверности), σ – дисперсия или мера рассеивания исследуемого признака, характеризующая величину отклонения от средних величин в генеральной совокупности [12].
В ходе исследования изучали распространенность и выраженность СНМП по данным анкеты IPSS и их зависимость от росто-весовых показателей. На основании суммы балов IPSS мужчин разделили на 3 группы: с незначительными (1-7), умеренными (8-19) и выраженными (>19) симптомами.
Рост респондентов измеряли в сантиметрах. По этому параметру мужчин подразделили на 5 групп: до 150 см; 150-159 см; 160-169 см; 170-179 см; 180 см и более.
Индекс массы тела (ИМТ) измеряли в баллах по формуле: вес (кг) / рост (м2).
По этому показателю, согласно классификации ВОЗ 2015 года, участников исследования разделили на 4 группы: менее 18,5; 18,5-24,9; 2529,9; 30 и более баллов [13].
Окружность талии мужчин измеряли в сантиметрах. Согласно рекомендациям ВОЗ, по этому показателю всех респондентов разделили на 3 группы: менее 94 см; 94-102 см; свыше 102 см [13].
Статистическую обработку данных выполнили с использованием пакета прикладных программ «MedCalс, version 17.7.2». Оценка динамики количественных показателей проведена с помощью непараметрического метода – коэффициента корреляции Спирмена и t-критерия Стьюдента. Изменение признака с течением времени считали достоверным при p0,7 – показатель высокой тесноты связи.
РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ
Среди респондентов исследования превалировалимужчинывозрастной группы 50-59 лет: 2045 (41,9%). Средний возраст обследуемых составил 54,7±0,1 лет (диаграмма 1).
Диаграмма 1. Возрастное распределение респондентов исследования (в абсолютных значениях)
В исследованной популяции средняя величина IPSS составила 2,8±0,1 баллов. Показательно, что в общей популяции у 2035 (41,7%) мужчин СНМП отсутствовали. Число мужчин, предъявивших хоть какиелибо жалобы, связанные с нарушением мочеиспускания, составило 2841 (58,2%), при этом средний балл IPSS у них был равен 4,7±0,1. У 2306 (47,2%) имелись место лишь незначительные СНМП (IPSS 1-7 баллов), у 496 (10,2%) – умеренные (IPSS 8-19) и у 39 (0,8%) – выраженные (IPSS>19). Средний балл IPSS в группах с наличием симптомов составил: 2,4±0,1; 13,8±0,1 и 24,5±0,5, соответственно. Среди участников исследования с наличием жалоб суммарная доля респондентов с умеренными и выраженными СНМП (IPSS>8) составила 18,8%, только с умеренными – 17,5%, а с выраженными – 1,3%. При этом, число мужчин с IPSS>8 баллов по возрастным группам распределилось следующим образом: 40-49 лет – 4,9%; 50-59 лет – 9,4%; 60-69 лет – 18,8%.
Наиболее частым из всех симптомов оказалась ноктурия: в изучаемой популяции ее выявили у 52,0% (n=2535) обследованных мужчин. Ноктурия составила 29,7% от всех СНМП. Доля других симптомов оказалась скромнее: от 9,2 до 15,0% (диаграмма 2).
Диаграмма 2. Частота положительных ответов на отдельные вопросы анкеты IPSS (аб. число, %)
Для дальнейших корреляционных расчетов в зависимости от выраженности СНМП респонденты были разделены на группы: IPSS > 1 балла – 2841 (100,0% или 58,2% всей популяции); IPSS>8 баллов – 535 (18,8% или 11,0% всей популяции); IPSS > 19 баллов – 39 (1,3% или 0,8% всей популяции) мужчин. Средний показатель IPSS в группах составил: 4,7±0,1; 14,7±0,2 и 24,5±0,5 баллов, соответственно.
Наряду с оценкой каждого симптома в отдельности был проведен групповой анализ СНМП в зависимости от фазы мочеиспускания: симптомы фазы накопления (ирритативные) и опорожнения (обструктивные). Оказалось, что у пациентов с умеренными и выраженными СНМП преобладала обструктивная симптоматика, тогда как в группе с незначительными симптомами – достоверных различий не наблюдали (диаграмма 3).
Диаграмма 3. Соотношение симптомов фаз накопления и опорожнения у пациентов с различной выраженностью СНМП (в %)
Средний рост участников исследования составил 174,3±0,1 см, причем у 56,2% (n=2740) респондентов он находился в пределах 170-179 см. Средний рост респондентов с IPSS > 1 был равен 174,0±0,2 см. Во всех группах выраженности СНМП средние показатели роста были практически одинаковы: (174-175,5 см) и по группам достоверно не различались.
Большинство участников исследования – 37,3% (n=1820) имели массу тела 80-89 кг, средний показатель – 83,5±0,2 кг. Во всех группах выраженностиСНМП значения средней массы тела достоверно не различались. Вес свыше 90 кг зарегистрирован у 27,7% (n=1352) мужчин в общей исследуемой популяции, у 29,3% (n =832) – с наличием СНМП и у 23,7% (n = 127) – в группе с умеренными и выраженными СНМП (диаграмма 4 А-Б).
Диаграмма 4. Распределение респондентов исследования в общей популяции: А – по росту (см), Б – по массе тела (кг)
Основная группа мужчин 58,0% (n =2827) в исследуемой популяции имела ИМТ равный 25-29,9 кг/м2, соответствующий стадии предожирения. Остальные группы по ИМТ варьировали от 0,4% – ИМТ< 18,5 до 21,8% – ИМТ 18,5-24,9. Средний показатель ИМТ был равен 27,5±0,1. Полученные данные указывают на преобладание в мужской популяции 40-69 лет избыточной массы тела, что является установленным фактором риска многих заболеваний. В общей изучаемой популяции, как и в группах с незначительными и умеренными/выраженными СНМП разница показателей ИМТ была статистически незначимой (диаграмма 5).
Диаграмма 5. Долевое распределение показателей ИМТ относительно выраженности СНМП
Большинство респондентов 52,1% (n=2542) имели окружность талии менее 94 см (диаграмма 6). Средний размер окружности талии составил: в общей популяции – 93,2±0,2 см, в группе с IPSS>1 – 93,0±0,2 см; с IPSS>8 – 91,4±0,5 см
Анализ зависимости СНМП от возраста в группе пациентов с наличием СНМП показал, что в старшей возрастной группе число мужчин с незначительной симптоматикой оказалось на 10% меньше, чем в группе 40-49 летних: 84,7% и 74,7%, соответственно. Одновременно с увеличением возраста зарегистрирован рост числа пациентов с умеренными и выраженными СНМП: для IPSS 819 – с 14,7% до 23,4%, а для IPSS 2035 – с 0,6% до 1,9%, соответственно (диаграмма 7).
Диаграмма 6. Долевое распределение размера окружности талии относительно выраженности СНМП (%)
Диаграмма 7. Зависимость выраженности СНМП от возраста (%) в группе пациентов с IPSS > 1
Корреляционный анализ подтвердил прямую зависимость выраженности СНМП от возраста: p<0,0001, r=0,284 (рис. 1). Последующий стратификационный анализ по отдельным вопросам анкеты IPSS также показал прямую зависимость увеличения с возрастом как выраженности симптомов фаз наполнения и опорожнения, так и каждого симптома в отдельности: p<0,0001, r = 0,3.
Рис. 1. Корреляция суммы баллов IPSS с возрастом
Анализ зависимости СНМП от средних показателей возраста, роста, массы тела и ИМТ респондентов показал наличие достоверных различий между значениями у здоровых пациентов (IPSS=0) и мужчин с СНМП (IPSS>1). Однако сравнительный анализ групп пациентов с IPSS = 0 и IPSS > 8 и IPSS > 20 не выявил достоверных различий, за исключением показателей возраста (p < 0,0001) и величины окружности талии (p8 (табл. 2).
Таблица 2. Сравнение показателей возраста, роста, массы тела, ИМТ, окружности талии в группах здоровых мужчин и с наличием СНМП
| IPSS = 0 | IPSS > 1 | IPSS > 8 | IPSS > 20 | |
|---|---|---|---|---|
| Число респондентов | 2035 | 2841 | 535 | 39 |
| Средний возраст (лет) Р |
52.0±0.2 | 56.7±0.2 <0.001 |
58.8±0.2 <0.001 |
62.15±2.6 <0.001 |
| Средний рост (см) Р |
174.6±0,2 | 174.0±0.2 0.002 |
175.0±0.2 0.32 |
175.6±1.1 0.33 |
| Средняя масса тела (кг) Р |
83.0±0.2 | 83.9±0.2 0.007 |
83.6±0.2 0.31 |
86.7±2.1 0.05 |
| Средний ИМТ (кг/мг) Р |
27.2±0.2 | 27.7±0,6 <0.001 |
27.5±0.6 0.08 |
28.1 ±0.6 0.10 |
| Средний размер окружности талии (см) Р |
93.3±0.2 | 93.1 ±0.2 0.62 |
91.4±0.5 0.001 |
91,7±2.7 0.40 |
| Средний балл IPSS | 0 | 4.7±0.1 | 14.7±0,1 | 24,5±0,5 |
р достоверность различия, t тест Стьюдента
Корреляционный анализ в общей популяции не выявил зависимости между суммой баллов IPSS респондентов, их ростом, массой тела, ИМТ и окружностью талии (рис. 2 A-Г), так как коэффициент корреляции был близок к 0 (табл. 3).
Рис. 2. Корреляция суммы баллов IPSS в общей популяции: А с ростом, Б с массой тела, В с ИМТ, Г с окружностью талии.
Таблица 3. Зависимость выраженности СНМП от возраста, роста, веса тела, ИМТ и окружности талии здоровых мужчин и с наличием СНМП
| IPSS = 0 | IPSS > 1 | IPSS > 8 | IPSS > 20 | |
|---|---|---|---|---|
| Число респондентов | 2035 | 2841 | 535 | 39 |
| Средний возраст (лет) Р r |
52.0*0.2 | 56.7*2.6 <0.001 0.2 |
58.8*2.6 <0.001 0.3 |
62.15*2.6 < 0.001 0.5 |
| Средний рост (см) Р r |
174.6*0.2 | 174.0*2.5 0.06 0.03 |
175.0*2.6 0.01 0.1 |
175.6*2.6 0.01 0.4 |
| Средняя масса тела (кг) Р r |
83.0*0.2 | 83,9*3.4 0.54 0.01 |
83.6*3.4 0,35 0.04 |
86.7*3.6 0.17 0.2 |
| Средний ИМТ (кг/м1) Р r |
27.2*0.2 | 27.7*1.9 0.71 0.006 |
27.5*1.9 0.64 -0.02 |
28.1*2.0 0.92 0.01 |
| Средний размер окружности талии (см) Р r |
93.3*0.2 | 93,1*3.5 0.02 -0.04 |
91.4*3.7 0.49 -0.02 |
91.7*4.2 0.55 0.09 |
р достоверность зависимости, r коэффициент Спирмена
ОБСУЖДЕНИЕ
В настоящей работе, как и в большинстве научных публикаций описывающих распространенность СНМП по результатам популяционных исследований, была подтверждена прямая корреляция симптомов нарушенного мочеиспускания с возрастом [14,15].
Общая распространенность СНМП (IPSS > 1) в исследованной популяции составила 58,2% и оказалась сравнимой с данными многих других популяционных исследований, проведенных в странах Европы, Азии, Северной Америки и Австралии. По данным European Prospective Investigation into Cancer and Nutrition (EPIC), распространенность СНМП, в среднем, составила чуть больше 60%: в Канаде и странах Европы – 64,3%; в Корее, Китае, Тайване и других странах Азии – 61,4% [16,17].
Ноктурия, как и в других исследованиях, являлась наиболее частым СНМП – ее выявили у 52,0% обследованных мужчин, что составило 29,7% от всех СНМП.
С клинической точки зрения особо важна информация о распространенности умеренных и выраженных СНМП (IPSS>8), когда пациенты нуждаются в динамическом наблюдении и/или лечении. Анализ данных ряда зарубежных популяционных эпидемиологических исследований показал, что мужчин с такими симптомами наблюдали в 10,0 – 49,4% случаев (табл. 4). В настоящем исследовании распространенность СНМП в общей популяции (IPSS > 8) составил 11,0%, а в группе пациентов с наличием каких-либо симптомов – 18,8 % что по значению оказалось близким к показателю Сингапура, Туниса и Южной Кореи (табл. 4) [18-32].
Таблица 4. Сравнительные данные о распространенности СНМП (IPSS > 8) у мужчин по данным популяционных исследований [18-32]
| Исследования | Регион | Возраст респондентов (лет) | IPSS > 8 |
|---|---|---|---|
| Horchani A et al.. 2007 (18) | Тунис | >50 | 9.4% |
| Tan H.Y. et al., 1997(19] | Сингапур | >40 | 10,00% |
| Настоящее исследование, 2018 | Россия | 40-69 | 11,00% |
| ChoK.S. et al.. 2001 (20) | Южная Корея | 40-79 | 16.0% |
| Temml C. et al.. 2003 (21] | Австрия | >40 | 22.6% |
| Norman R. W. et al.. 1994 (22] | Канада | >50 | 23.0% |
| Safarinejad M.R et al.. 2008 (23) | Иран | >40 | 23.8% |
| Gu F., 1997(24] | Китай | >40 | 25.3% |
| Overland G.Betal., 2001 (25] | Норвегия | 55-70 | 29.0% |
| Girman C.J. et al., 1994 (26) | США | 40-79 | 33,00% |
| Sarma A.V. et al.. 2004 [27] | США | 40-79 | 38.9% |
| Tsukamoto T. et al., 1995 (28) | Япония | 40-79 | 41.0% |
| Tantiwong A. et al.. 2002 (29] | Таиланд | >60 | 41.3% |
| Teh G.C.etal., 2001 (30] | Малайзия | >50 | 42.5% |
| Taylor B.C. et al.. 2006 [31] | США | >65 | 46.2% |
| Flam T. et al.. 2003 [32] | Франция | >50 | 49.4% |
В Бобровском районе мужчин с IPSS ≥ 8 оказались примерно на 1,0% – 1,6% больше, чем в Сингапуре и Тунисе, соответственно, но намного меньше, чем по данным большинства других исследований: в США, Японии, Таиланде, Франции, Малайзии и др. При анализе этих данных необходимо иметь в виду различие возрастных интервалов включения респондентов в исследование. Очевидно, что в старших возрастных группах частота СНМП будет существенно выше. Так, при сравнении распространенности СНМП в различных возрастных группах, полученные нами данные оказались существенно ниже, чем в Нидерландах, США, Канаде, Австралии, Азии и близки лишь к показателям Франции (табл. 5) [33].
Таблица 5. Сравнительные данные о распространенности СНМП (IPSS > 8) в общей популяции мужчин (%) в различных возрастных группах (модифицировано по Homma Y. et al., 1997) [33]
| Возраст респондентов (лет) | |||
|---|---|---|---|
| Исследования | 40-49 | 50-59 | 60-69 |
| Настоящее исследование | 4,9 | 9,4 | 18,8 |
| Азия | 18 | 29 | 40 |
| Австралия | - | 36 | 33 |
| США | 12 | 17 | 23 |
| Канада | - | 15 | 27 |
| Франция | - | 8 | 14 |
| Нидерланды | - | 26 | 30 |
Имеющиеся различия в частоте СНМП между регионами и странами можно объяснить, отчасти, как географической, расово-национальной принадлежностью мужчин, отличиями в их образе жизни, питании, так и психо-эмоциональными особенностями восприятия симптомов в разных популяциях или особенностями строения предстательной железы. Например, известно, что предстательная железа китайских мужчин содержит значительно больше железистых элементов, но меньше гладкомышечной и соединительной ткани, относительно мужчин белой расы. У корейских мужчин переходная зона занимает больше места по отношению к общему объему предстательной железы, по сравнению с европейцами и латиноамериканцами [34,35].
Показательно, что в исследованной популяции преобладали мужчины с ИМТ более 25 (77,8%). Полученные данные согласуются с материалами Всемирной организации здравоохранения, согласно оценке которой более миллиарда человек в мире (13,5%) имеют избыточный вес, тогда как в России – 60% взрослого населения страны имеют ИМТ более 25 [36].
В научной литературе нет единого мнения относительно связи СНМП с ожирением. По одним данным, согласно метаанализу включившему 19 исследований, была обнаружена положительная связь между ИМТ и СНМП, обусловленными ДГПЖ [37,38]. По другим – корреляции между СНМП и ожирением не получено, но выявлена связь между СНМП и другими компонентами метаболического синдрома, в первую очередь – сахарным диабетом 2 типа [39,40]. В отдельных работах показана связь ожирения с объемом предстательной железы, но не с СНМП [41]. Кроме того, в одной из публикаций продемонстрировано отсутствие улучшения или ухудшения мочеиспускания при изменении массы тела [42]. Также могут иметь значение и методологические особенности проведенных исследований.
В настоящем исследовании мы не получили достоверной связи между СНМП, массой тела, ИМТ и окружностью талии. Разница при сравнении групп здоровых мужчин и респондентов с наличием умеренных и выраженных СНМП оказалась статистически незначимой. Не удалось также установить зависимости симптомов фаз накопления и опорожнения от антропометрических показателей.
Данные о распространенности СНМП по результатам популяционного исследования позволяют получить ориентировочное представление о числе мужчин 40-69 лет с умеренными и выраженными симптомами нарушения мочеиспускания, проживающих в Российской Федерации. Так, если согласно статистическому сборнику Росстата в 2016 году в стране проживало примерно 25 695 000 мужчин в возрасте 40-69 лет [36], то с учетом материалов настоящего исследования расчетное число мужчин с умеренными и выраженными СНМП, нуждающихся в наблюдении и лечении, составляет не менее 2 624 300 человек или 10,2% данной возрастной группы (табл. 6).
Таблица 6. Расчетное число мужчин с IPSS > 8, проживавших в РФ в 2016 году
| Возраст | Число мужчин всего | Мужчины с СНМП (в %) | Ожидаемое число мужчин с СНМП |
|---|---|---|---|
| 40 49 лет | 9 326 000 | 4,9 | 457 000 |
| 50 59 лет | 9 681 ООО | 9,4 | 910 000 |
| 60 69 лет | 6 688 000 | 18,8 | 12 573 000 |
ВЫВОДЫ
Распространенность СНМП у мужчин 40-69 лет, по данным первого масштабного корректно методически оформленного популяционного эпидемиологического исследования СНМП в России, проведенного в Бобровском районе Воронежской области, составила: для IPSS>1 – 58,2%, а для IPSS>8 – 11,0%. Частота умеренных и выраженных СНМП (IPSS>8) в общей популяции мужчин прогрессивно увеличивалась с возрастом: с 4,9 до 18,8%.
Не подтверждена связь общей суммы баллов IPSS с росто-весовыми показателями респондентов, как и зависимость от них выраженности симптомов фаз накопления и опорожнения.
Результаты исследования позволили ориентировочно определить число мужчин 40-69 лет c умеренными и выраженными СНМП, проживающих в Российской Федерации, которое составляет не менее 2624,3 тыс. человек.
ЛИТЕРАТУРА
1. Jairam R, Drossaerts J, Vrijens D, Leue C, van Kerrebroeck P, van Koeveringe G. Affective symptoms and quality of life in patients with voiding or storage dysfunction: Results before and aer sacral neuromodulation: A prospective follow-up study. Neurourol Urodyn. 2018 Mar 5. doi: 10.1002/nau.23527.
2. Taub DA , Wei JT. e economics of benign prostatic hyperplasia and lower urinary tract symptoms in the United States. Curr Urol Rep, 2006;7(4): 272-81.
3. Gravas S, BachT, Drake M, Gacci M, GratzkeC,HerrmannTRW, et al. Treatment of Non-neurogenic Male LUTS. URL: http://uroweb.org/guideline/treatment-ofnon-neurogenic-male-luts/
4.Kupelian V, Wei JT, O'Leary MP,Kusek JW, Litman HJ, LinkCL, et al. Prevalence of lower uri-nary tract symptoms and effect on quality of life in a racially and ethnically diverse random sample: the Boston Area Community Health (BACH) Survey. Arch Intern Med 2006. 166(21): 2381-7. doi: 10,1001 / archinte.166.21.2381
5. Ficarra V, Rossanese M, Zazzara M, Giannarini G, Abbinante M, Bartoletti R, et al.e role of inflammation in lower urinary tractsymptoms(LUTS) due to benign prostatic hyperplasia (BPH) and its potential impact on medical therapy. Curr Urol Rep 2014;15(12): 463. doi: 10.1007/s11934-014-0463-9
6. Martin SA, Haren MT, Marshall VR, LangeK,Wittert GA. Prevalence and factors associated with uncomplicated storage and voiding lower urinary tract symptoms in community-dwelling Australian men. World J Urol 2011; 29(2): 179-184. doi : 10,1007 / s00345-010-0605-8
7. Gacci M, SebastianelliA, Salvi M, De NunzioC, Vignozzi L,Corona G, et al. Benign prostatic enlargement can be influenced by metabolic profile: results of a multicenter prospective study. BMC Urol 2017 4;17(1):22. doi: 10.1186/s12894-017-0211-9.
8. National Cancer Institute Dictionary of Cancer Terms. URL: https:// www.cancer.gov/publications/dictionaries/cancer-terms?cdrid=561718
9. Encyclopedia of Behavioral Medicine. [Gellman M., Turner R. Eds.]. Springer, 2013, P. 1507-1508.
10.Корнеев И.А.,Алексеева Т.А.,Аль-ШукриС.Х., ПушкарьД.Ю. Симптомы нижних мочевых путей у мужчин Северо-Западного региона Российской Федерации: анализ результатов популяционного исследования. Урологические Ведомости 2016;6(1): 5-9.
11. Аполихин О.И, Алексеев Б.Я., Сивков А.В., Катибов М.И., Золотухин О.В., Шадеркин И.А., Просянников М.Ю., Войтко Д.А. Предварительные результаты многоцентрового популяционного исследование рака предстательной железы «Новохоперск». Экспериментальная и клиническая и урология 2016;(4): 4-8.
12. Расчет размера выборки. URL: http://socioline.ru/rv.php.
13. Всемирная организация здравоохранения. Ожирение и избыточный вес. URL: http://www.who.int/mediacentre/factsheets/fs311/ru.
14. Cambronero SJ, Errando Smet C. Prevalence of storage lower urinary tract symptoms in male patients attending Spanish urology office. Urinary urgency as predictor of quality of life. Actas Urol Esp 2016;40(10):621-627. doi: 10.1016/ j.acuro.2016.04.012.
15. Soler R, Gomes CM, Averbeck MA, Koyama M The prevalence of lower urinary tract symptoms (LUTS) in Brazil: Results from the epidemiology of LUTS (Brazil LUTS) study. Neurourol Urodyn 2017 Nov 6. doi: 10.1002/nau.23446.
16. Irwin DE, Milsom I, Hunskaar S, Reilly K, Kopp Z, Herschorn S, et al. Population-Based Survey of Urinary Incontinence, Overactive Bladder, and Other Lower Urinary Tract Symptomsin FiveCountries: Results of the EPIC StudyEuropean Urology 2006;50(6):1306-1315 doi: 10.1016/j.eururo.2006.09.01917.
17. Lee YS, Lee KS, Jung JH, Han DH, Oh SJ, Seo JT, et al. Prevalence of overactive bladder, urinary incontinence, and lower urinary tractsymptoms:results ofKorean EPIC study. ; World J Urol 2011;29(2):185-90. doi: 10.1007/s00345-009-0490-1.
18.HorchaniA, Binous MY, BenHamidaA, Sallami S, ElAdbiH, NajiA. Prevalence of benign prostatic hyperplasia in general practice and practical approach of the Tunisian general practitioner (Prevapt study) Tunis Med 2007;85(8):619-24.
19 Tan HY, Choo WC, Archibald C, Esuvaranathan K. A community based study of prostatic symptoms in Singapore. J Urol 1997;157(3): 890-893.
20 Cho KS, Jo MK, Lim D, Son H, Park SK, Yoo KY, et al. Epidemiologic survey using International Prostate Symptom Score (I-PSS) of lower urinary tract symptoms (LUTS) in elderly men above 40 years old in Seoul area. Korean J Urol 2001;42(8); 840-848.
21 Temml C, Brössner C, Schatzl G, Ponholzer A, Knoepp L, Madersbacher S. Prostate Study Group of the Austrian Society of Urology. e natural history of lower urinary tract symptoms over five years. Eur Urol 2003; 43(4): 374-380.
22 Norman RW, NickelJC, Fish D, Pickett SN. Prostate-related symptoms' inCanadian men 50 years of age or older: prevalence and relationships among symptoms Br J Urol 1994;74(5):542-550.
23 Safarinejad MR. Prevalence of benign prostatic hyperplasia in a population-based study in Iranian men 40 years old or older. Int Urol Nephrol 2008;40(4): 921-931. doi: 10,1007 / s11255-008-9338-7.
24 Gu F. Changes in the prevalence of benign prostatic hyperplasia in China. Chin Med J 1997;110(3):163-166.
25 Overland GB, Vatten L, Rhodes T, DeMuro C, Jacobsen G, Vada K, et al. Lower urinary tract symptoms, prostate volume and uroflow in norwegian community men. Eur Urol 2001;39(1):36-41. doi: 10,1159 / 000052410.
26 GirmanCJ, EpsteinRS,Jacobsen SJ, Guess HA, Panser LA, Oesterling JE. Natural history of prostatism: impact of urinary symptoms on quality of life in 2115 randomly selected community men. Urology 1994;44.:825-831.
27 SarmaAV, McLaughlin JC,Jacobsen SJ, Logie J, Dolin P, Dunn RL. Longitudinal changes in lower urinary tract symptoms among a cohort of black American men: the Flint Men's Health Study. Urology 2004;64:959-965. doi: 10,1016 / j.urology.2004.06.043.
28 Tsukamoto T,Kumamoto Y, Masumori N. Prevalence of prostatism in Japanese men in a com-munity-based study with comparison to a similar American study. J Urol 1995;154391-395.
29 TantiwongA, NuanyongC, Vanprapar N, Swasdipala P,Chittapraphai S. Benign prostatic hyperplasia in elderly ai men in an urban community: the prevalence, natural history and health related behavior. J Med Assoc Thai 2002;85(3):356-360.
30 Teh GC, Sahabudin RM, Lim TC, Chong WL, Woo S, Mohan M, et al. Prevalence of symptomatic BPE among Malaysian men aged 50 and above attending screening during prostate health awareness campaign. Med J Malaysia 2001;56(2):186-195.
31 Taylor BC, Wilt TJ, Fink HA, Lambert LC, Marshall LM, Hoffman AR. Prevalence, severity, and health correlates of lower urinary tract symptoms among older men: the MrOS study. Urology 2006;68:804-809. doi: 10,1016 /j.urology.2006.04.019
32 Flam T, Montauban V. Screening of clinical benign prostatic hypertrophy in general practice: survey of 18,540 men. Prog Urol 2003;13(3):416-424.
33 Homma Y, Kawabe K, Tsukamoto T, Yamanaka H, Okada K, Okajima E, et al. Epidemiologic survey of lower urinary tractsymptomsin Asia and Australia using the international prostate symptom score. Int J Urol 1997;4(1):.40-46
34 Patel ND, Parsons JK. Epidemiology and etiology of benign prostatic hyperplasia and bladder outlet obstruction. Indian J Urol 2014;30(2):170-176. doi: 10,4103 / 0970-1591.126900.
35 Jin B, Turner L, Zhou Z, Zhou EL, Handelsman DJ. Ethnicity and migration as determinants of human prostate size. J Clin Endocrinol Metab 1999;84:3613-3619.
36 Женщины и мужчины России 2016. Статистический сборник. Федеральная служба государственной статистики (Росстат), Москва, 2016, с. 23.
37Corona G, Vignozzi L, Rastrelli G, Lotti F,Cipriani S, Maggi M. Benign prostatic hyperplasia: a new metabolic disease of the aging male and its correlationwith sexual dysfunctions. Int J Endo-crinol 2014;2014:329456. doi: 10.1155/2014/329456.
38 Lotti F, Corona G, Colpi GM, Filimberti E, Degli Innocenti S, Mancini M, et al. Elevated body massindex correlateswith higherseminal plasma interleukin 8 levels and ultrasonographic abnormalities of the prostate in men attending an andrology clinic for infertility. J Endocrinol Investig 2011;34(10):e336-42. doi: 10.3275/7855.
39 Seo DH, Yoon S, Choi JH, Do J, Lee SW, et al. The Correlation between Body Mass Index and Routine Parameters in Men Over Fiy.; World J Mens Health 2017;35(3):178-185. doi: 10.5534/wjmh.16032.
40 Plata M, Caicedo JI, Trujillo CG Prevalence of metabolic syndrome and its association with lower urinary tract symptoms and sexual function. Actas Urol Esp 2017; 41(8):522-528. doi: 10.1016/j.acuro.2016.12.009.
41 Bhindi B, Margel D, Trottier G, Hamilton RJ, Kulkarni GS, Hersey KM, et al. Obesity is associated with larger prostate volume but not with worse urinary symptoms: analysis of a large multiethnic cohort. Urology 2014;83(1):81-7. doi: 10.1016/j.urology.2013.07.039.
42 St. Sauver JL, Sarma AV, Hollingsworth JM, Jacobson DJ, McGree ME, Dunn RL, et al. Associations between modest weight changes and onset and progression of lower urinary tract symptoms in two population-based cohorts.; Urologic Diseases in America Project. Urology 2011;78 (2):437-41. doi: 10.1016 / j.urology.2011.03.054.
