18+

 

Номер №2, 2022 - стр. 10-17

Заболеваемость мочекаменной болезнью в Российской Федерации с 2005 по 2020 гг. DOI: 10.29188/2222-8543-2022-15-2-10-17

Для цитирования: Каприн А.Д., Аполихин О.И., Сивков А.В., Анохин Н.В., Гаджиев Н.К., Малхасян В.А., Акопян Г.Н., Просянников М.Ю. Заболеваемость мочекаменной болезнью в Российской Федерации с 2005 по 2020 гг. Экспериментальная и клиническая урология 2022;15(2)10-17; https://doi.org/10.29188/2222-8543-2022-15-2-10-17
Каприн А.Д., Аполихин О.И., Сивков А.В., Анохин Н.В., Гаджиев Н.К., Малхасян В.А., Акопян Г.Н., Просянников М.Ю.
Сведения об авторах:
  • Каприн А.Д. – д.м.н., профессор, академик РАН, генеральный директор ФГБУ «НМИЦ радиологии» Минздрава России, директор МНИОИ имени П.А. Герцена, зав. кафедрой онкологии и рентгенорадиологии им. В.П. Харченко РУДН, главный внештатный онколог Минздрава России; Москва, Россия; РИНЦ Author ID 96775
  • Аполихин О.И. – д.м.н., профессор, директор НИИ урологии и интервенционной радиологии им. Н.А. Лопаткина – филиал ФГБУ «НМИЦ радиологии» Минздрава России; Москва, Россия; SPIN-код: 4617-3533; РИНЦ AuthorID 683661
  • Сивков А.В. – к.м.н., заместитель директора по науке НИИ урологии и интервенционной радиологии им. Н.А. Лопаткина – филиал ФГБУ «НМИЦ радиологии» Минздрава России; Москва, Россия; SPIN-код: 7751-6157; РИНЦ AuthorID 622663
  • Анохин Н.В. – к.м.н., научный сотрудник отдела мочекаменной болезни НИИ урологии и интервенционной радиологии им. Н.А. Лопаткина – филиал ФГБУ «НМИЦ радиологии» Минздрава России; Москва, Россия; SPIN-код: 5321-5306; РИНЦ AuthorID 880749
  • Гаджиев Н.К. — врач-уролог, д.м.н., руководитель отделения урологии №2 (дистанционной литотрипсии и эндовидеохирургии) НИИ ХиНМ ФГБОУ «Первый СанктПетербургский государственный медицинский Университет имени И.П. Павлова»; Москва, Россия; РИНЦ AuthorID 819314
  • Малхасян В.А. – д.м.н., доцент кафедры урологии Московского государственного медико-стоматологического университета имени А.И. Евдокимова Министерства здравоохранения Российской Федерации; Москва, Россия; РИНЦ AuthorID 943857
  • Акопян Г.Н. – д.м.н; профессор кафедры урологии ФГАОУ ВО Первый МГМУ им. И.М. Сеченова Минздрава России; Москва, Россия; РИНЦ AuthorID 671349
  • Просянников М.Ю. – к.м.н., зав. отделом мочекаменной болезни НИИ урологии и интервенционной радиологии им. Н.А. Лопаткина – филиал ФГБУ «НМИЦ радиологии» Минздрава России; Москва, Россия; SPIN-код: 3198-0030, РИНЦ AuthorID 791050
481

ВВЕДЕНИЕ

Мочекаменная болезнь (МКБ) – полиэтиологическое, полипатогномоничное заболевание обмена веществ, характеризующееся образованием камней в почках. МКБ встречается во всех частях света, особенно уролитиаз распространен в эндемичных регионах: странах Аравийского полуострова, Центральной Азии и Ближнего Востока [1-5].

Результаты эпидемиологических исследований, проведенных в ряде промышленно развитых стран, показали, что распространенность МКБ во всем мире имеет четкую тенденцию к росту [5]. Исследования, выполненные в США, продемонстрировали, что распространенность МКБ увеличилась с 3,6% в 1976-1980 годах до 5,2% в 1988- 1994 годах [6]. Сегодня заболеваемость МКБ в странах Западной Европы составляет около 5-9%, в Канаде – 12%, в США – 7-15%. Распространенность МКБ в странах Восточного полушария колеблется от 1 до 5% [7-10]. МКБ распространена почти во всех регионах планеты, уролитиаз не фиксируется лишь в нескольких регионах, например, в Гренландии и прибрежных районах Японии [11].

Количество пациентов с диагнозом МКБ, установленным впервые в жизни, в развитых и развивающихся странах схоже. Ежегодная первичная заболеваемость уролитиазом в промышленно развитых странах оценивается в 0,2%. Риск прижизненного возникновения уролитиаза составляет 2-5% для Азии, 8-15% – для Западной Европы и 20% – для Саудовской Аравии [12-21].

У пациентов, страдающих уролитиазом, частота рецидивов составляет 10–23% в течение 1 года, 50% – в течение 5–10 лет и 75% – в течение 20 лет после манифестации заболевания [22]. После каждого эпизода частота рецидивов увеличивается, а интервал между рецидивами сокращается [22].

Изучение тенденций распространенности МКБ имеет принципиальное значение в практической медицине. Выявление эндемичных территорий и групп риска позволяет специалистам разработать необходимые профилактические меры, которые помогут снизить количество случаев рецидива МКБ [23-25]. Изучение эндемичных территорий позволяет проанализировать все возможные факторы риска развития уролитиаза от генетических до пищевых.

Целью нашего исследования является сравнительный анализ распространенности МКБ в Российской Федерации за разные периоды времени.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ

Нами проанализированы данные о распространенности и заболеваемости МКБ всего населения России с 2005 по 2020 гг. Работа основана на данных официальной статистики Минздрава России.

Мы изучили распространенность и ежегодную первичную заболеваемость МКБ у взрослого и детского населения в каждом регионе Российской Федерации с 2005 по 2020 год, проанализировали динамику первичной заболеваемости и распространенности. Был проведен сравнительный анализ показателей в различных регионах и в различных федеральных округах Российской Федерации. Также в процессе работы выполнен анализ распространенности и ежегодной первичной заболеваемости артериальной гипертензией, сахарным диабетом 2-го типа, ожирением и употреблением мяса в качестве основных факторов риска, проведен корреляционный анализ этих факторов с заболеваемостью МКБ.

Были проанализированы следующие данные:

  • общая заболеваемость МКБ всего населения России в период 2005-2020 гг.;
  • заболеваемость МКБ всего населения России на 100 000 населения с диагнозом, установленным впервые в жизни в период 2005-2020 гг.;
  • заболеваемость МКБ взрослого населения России на 100,000 населения с диагнозом, установленным впервые в жизни, в период 2005-2020 гг.;
  • заболеваемость МКБ детского населения России (0-14 лет) на 100 000 населения с диагнозом, установленным впервые в жизни в период 2005-2019 гг.;
  • общая заболеваемость гипертонической болезнью всего населения России на 100 000 населения с диагнозом, установленным впервые в жизни в период 2005-2019 гг.;
  • общая заболеваемость сахарным диабетом 2-го типа всего населения России на 100 000 населения с диагнозом, установленным впервые в жизни в период 2005-2019 гг.;
  • общая заболеваемость ожирением всего населения России на 100 000 населения с диагнозом, установленным впервые в жизни в период 2005-2019 гг.;
  • динамика потребления мяса в России в период 2005-2018 гг.

Статистический анализ данных проводился с использованием пакета программ SPSS Statistics 21. Описательная статистика для количественных переменных представлена в виде медианы, 25-го и 75-го процентилей. Для выявления корреляций в малых выборках использовался коэффициент ранговой корреляции Спирмена, для сравнения двух независимых выборок использовался критерий Манна-Уитни. Межгрупповые корреляции и различия между выборками по исследуемым параметрам считались достоверными при p<0,05.

РЕЗУЛЬТАТЫ

Анализ распространенности МКБ в Российской Федерации с 2005 по 2020 гг. показал, что со временем наблюдается четкая тенденция к увеличению количества случаев заболевания уролитиазом.

В 2005 году зарегистрировано 656 911 случаев МКБ, а в 2019 году выявлено 889 891 случай, тогда как в 2020 году диагностировано 790 330 случаев МКБ. Прирост заболеваемости уролитиаза с 2005 по 2019 гг. составил 35,45% и это повышение было достаточно равномерным (рис. 1).

Общая заболеваемость МКБ в Российской Федерации в период 2005- 2020 гг

Рис. 1. Общая заболеваемость МКБ в Российской Федерации в период 2005- 2020 гг
Fig.1. Urolithiasis prevalence in the Russian Federation in the period 2005-2020

Значительно снизилось количество случаев МКБ в 2020 году по сравнению с предыдущим годом (рис. 1). Данный феномен можно объяснить пандемией коронавирусной инфекции, введением локдауна во многих регионах РФ, перепрофилированием многих урологических отделений в инфекционные, приостановкой диспансеризации.

Заболеваемость МКБ в Российской Федерации с диагнозом, установленным впервые в жизни, в 2005 году составила 176 773, в 2020 году было зарегистрировано 182 575 новых случаев уролитиаза, тогда как в 2019 годы было 205 414 случаев. Наблюдается четкая тенденция к увеличению заболеваемости МКБ с 2005 по 2019 гг., которая четко прослеживается на линии тренда. С 2005 по 2019 гг. количество новых случаев уролитиаза увеличилось на 14,0% (рис. 2).

По описанным выше причинам, при проведении сравнительного анализа первичной заболеваемости МКБ за 2005-2020 гг., принимать во внимание результаты 2020 года, на наш взгляд, не является целесообразным. Таким образом, было принято решение все последующие расчеты проводить за 2005-2019 гг.

Заболеваемость МКБ в РФ с диагнозом, установленным впервые в жизни с 2005 по 2020 гг.

Рис. 2. Заболеваемость МКБ в РФ с диагнозом, установленным впервые в жизни с 2005 по 2020 гг. 
Fig. 2. Urolithiasis incidence in the Russian Federation in the period 2005-2020

С 2017 по 2019 год произошло небольшое снижение заболеваемости МКБ взрослого населения России на 100 000 населения с диагнозом, установленным впервые в жизни, в то время как заболеваемость на 100 000 детей с диагнозом, установленным впервые в жизни, оставалась стабильной в течение данного периода времени (рис. 3).

Заболеваемость МКБ взрослого и детского населения России на 100000 населения с диагнозом, установленным впервые в жизни

Рис. 3. Заболеваемость МКБ взрослого и детского населения России на 100000 населения с диагнозом, установленным впервые в жизни 
Fig. 3. Urolithiasis incidence in the adult and child population of Russia per 100000 population

Анализ заболеваемости МКБ на 100 000 населения показал, что Магаданская область (1081,3 случая) и Алтайский край (1070,2 случая) были регионами-лидерами по распространенности уролитиаза в 2005 году.

Наиболее высокие показатели заболеваемости МКБ на 100 000 населения в 2019 году зафиксированы в Алтайском крае (1345,7 случая), Амурской области (954,5 случая), Ямало-Ненецком автономном округе (1034,4 случая).

Алтайский край стабильно остается лидером по распространенности МКБ на 100 000 населения с 2005 по 2020 год (табл. 1, рис. 4). Ненецкий автономный округ, Магаданская и Амурская области также являются эндемичными регионами наравне с Алтайским краем (рис. 4).

Распространенность МКБ в 2019 году: красным цветом выделены регионы с распространенностью МКБ >800 человек на 100000 населения

Рис. 4. Распространенность МКБ в 2019 году: красным цветом выделены регионы с распространенностью МКБ >800 человек на 100000 населения (Алтайский край, Амурская область, Брянская область, Воронежская область, Магаданская область, Ненецкий автономный округ, Орловская область, Приморский край). Зеленым цветом выделены регионы с распространенностью МКБ <200 человек на 100 000 населения (Республика Саха Якутия, Республика Тыва)
Fig 4. Urolithiasis prevalence in 2019: regions with the urolithiasis prevalence per 100,000 of the whole population > 800 people per 100,000 population are marked in red (Altai Region, Amur Region, Bryansk Region, Voronezh Region, Magadan Region, Nenets Autonomous District, Oryol Region, Primorsky Krai). Regions with the urolithiasis prevalence per 100,000 of the whole population <200 people per 100,000 population are marked in green (Republic of Sakha Yakutia, Republic of Tyva)

Таблица 1. Регионы-лидеры по распространенности мочекаменной болезни на 100 000 населения с 2005 по 2020 гг.
Table 1. Leading regions in urolithiasis prevalence per 100,000 of the whole population from 2005 to 2020

Год
Year
Регион лидер
Region leader
Распространенность МКБ на 100 000 населения
Urolithiasis prevalence per 100000 of the whole population
2005 Магаданская область Magadan Region 1081,3
2006 Алтайский край / Altai region 1182,9
2007 Алтайский край / Altai region 1193,2
2008 Алтайский край / Altai region 1219,0
2009 Алтайский край / Altai region 1261,9
2010 Ненецкий автономный округ
Nenets Autonomous District
1185,2
2011 Алтайский край / Altai region 1227,9
2012 Алтайский край / Altai region 1234,7
2013 Алтайский край / Altai region 1216,8
2014 Алтайский край / Altai region 1226,0
2015 Алтайский край / Altai region 1201,7
2016 Алтайский край / Altai region 1245,7
2017 Алтайский край / Altai region 1312,1
2018 Алтайский край / Altai region 1365,8
2019 Алтайский край / Altai region 1345,7
2020 Алтайский край / Altai region 1148,0

Следует отметить тот факт, что Орловская и Воронежская области стабильно остаются регионами-лидерами по распространенности МКБ на 100 000 населения в Центральном федеральном округе. В Орловской области в 2016 году зафиксирован резкий рост заболеваемости уролитиаза на 100 000 населения в целом: с 794,3 случаев на 100 000 человек в 2015 году до 1120,6 случаев на 100 000 человек в 2016 году. При этом в последующие годы наблюдения был выявлен возврат показателей к прежним значений: 839,4 (2017 г.), 810,6 (2018 г.), 830,7 (2019 г.).

Распространенность МКБ в Центральном федеральном округе (ЦФО), Северо-Западном федеральном округе (СЗФО), Южном федеральном округе (ЮФО), Северо-Кавказском федеральном округе (СКФО) с 2005 по 2018 гг

Рис. 5. Распространенность МКБ в Центральном федеральном округе (ЦФО), Северо-Западном федеральном округе (СЗФО), Южном федеральном округе (ЮФО), Северо-Кавказском федеральном округе (СКФО) с 2005 по 2018 гг.
Fig. 5. Urolithiasis prevalence in the Central Federal District (CFD), North-West Federal District (NWFD), South Federal District (SFD), North Caucasian Federal District (NCFD) from 2005 to 2018

Анализ распространенности МКБ в различных федеральных округах показал, что наблюдается четкая тенденция к росту распространенности уролитиаза в Центральном (ЦФО), Северо-Западном (СЗФО), Южном (ЮФО) и Северо-Кавказском (СКФО) федеральных округах с 2005 по 2018 г. (рис. 5). Следует подчеркнуть, что СКФО как отдельный федеральный округ образовался только в 2010 году. Части субъектов были выведены из состава ЮФО, и эти регионы были объединены в СКФО. В связи с этим в 2007 г. значительно снизилась заболеваемость МКБ в ЮФО. Распространенность МКБ в Приволжском федеральном округе (ПФО), Уральском федеральном округе (УФО), Сибирском федеральном округе (СФО), Дальневосточном федеральном округе (ДФО) также имела тенденцию к увеличению в 2005-2018 гг. (рис. 6).

Распространенность МКБ в Приволжском федеральном округе (ПФО), Уральском федеральном округе (УФО), Сибирском федеральном округе (СФО), Дальневосточном федеральном округе (ДФО) с 2005 по 2018 гг.

Рис. 6. Распространенность МКБ в Приволжском федеральном округе (ПФО), Уральском федеральном округе (УФО), Сибирском федеральном округе (СФО), Дальневосточном федеральном округе (ДФО) с 2005 по 2018 гг.
Fig. 6. Urolithiasis prevalence in the Volga Federal District (VFD), Ural Federal District (UFD), Siberian Federal District (SFD), Far Eastern Federal District (FEFD) from 2005 to 2018

Наш статистический анализ выявил прямую корреляцию заболеваемости МКБ с заболеваемостью сахарным диабетом 2-го типа (p=0,001) (рис. 7, 8), ожирением (p=0,001) (рис. 9) и потреблением мяса (p=0,001) (рис. 10, 11, 12).

Взаимосвязь заболеваемости МКБ и сахарным диабетом 2-го типа в общей популяции

Рис. 7. Взаимосвязь заболеваемости МКБ и сахарным диабетом 2-го типа в общей популяции
Fig. 7. Correlation of the urolithiasis & diabetes mellitus prevalence

Взаимосвязь заболеваемости МКБ и сахарным диабетом 2-го типа у взрослого населения

Рис. 8. Взаимосвязь заболеваемости МКБ и сахарным диабетом 2-го типа у взрослого населения
Fig. 8. Correlation of the urolithiasis & diabetes mellitus prevalence in adult population

Взаимосвязь заболеваемости МКБ и ожирением в общей популяции

Рис. 9. Взаимосвязь заболеваемости МКБ и ожирением в общей популяции
Fig. 9. Correlation of the urolithiasis & obesity prevalence in Russian population

Взаимосвязь заболеваемости МКБ и употреблением мяса в общей популяции

Рис. 10. Взаимосвязь заболеваемости МКБ и употреблением мяса в общей популяции
Fig. 10. Correlation of the urolithiasis & meat consumption in Russian population

Взаимосвязь заболеваемости МКБ и потребления мяса среди взрослого населения

Рис. 11. Взаимосвязь заболеваемости МКБ и потребления мяса среди взрослого населения
Fig. 11. Correlation of the urolithiasis & meat consumption in adult population

 Потребление мяса и мясных продуктов на душу населения (кг в год) по данным Росстата.

Рис. 12. Потребление мяса и мясных продуктов на душу населения (кг в год) по данным Росстата.
Fig. 12. Meat consumption per capita (kg per year) according to Rosstat

ОБСУЖДЕНИЕ

Анализ показал, что заболеваемость и распространенность МКБ среди взрослого населения неуклонно растет во всех регионах Российской Федерации, а заболеваемость среди детей остается стабильной. Причины этого факта обсуждаются и в настоящее время окончательно не известны. Есть несколько мнений по этому поводу. Во-первых, рост распространенности и заболеваемости МКБ может быть связан с улучшением диагностики, например, оснащением большинства клиник современным рентгеновским и ультразвуковым оборудованием, широким внедрением компьютерной томографии в клиническую практику. В то же время рост заболеваемости уролитиаза может быть связан с увеличением встречаемости факторов риска и изменением стереотипа питания в современном обществе. Наши данные показали, что заболеваемость уролитиазом увеличивалась вместе с заболеваемостью сахарным диабетом 2-го типа, ожирением и потреблением мяса, что еще раз подтверждает важную роль метаболического синдрома в возникновении мочевых камней.

Анализ заболеваемости МКБ в 2020 году продемонстрировал резкое снижение количества случаев уролитиаза по сравнению с предыдущим годами. Как уже было сказано выше, это обусловлено внешними причинами, конкретно глобальной пандемией коронавирусной инфекции. В связи с этим данные по заболеваемости МКБ в 2020 г. среди различных групп населения мы считаем малоинформативными, а проводить сравнительный анализ нецелесообразно.

Любопытно, что регионами-лидерами по заболеваемости МКБ являются территории, расположенные в Сибири (Алтайский край, Ненецкий автономный округ) и на Дальнем Востоке (Магаданская область, Амурская область). Традиционно в Российской Федерации считается, что лидирующие позиции по распространенности МКБ занимают регионы Северного Кавказа. Тем не менее, заболеваемость уролитиазом в Северокавказских регионах на 100 000 населения в целом не превышает среднего показателя по стране, согласно официальной статистике: заболеваемость МКБ на 100 000 населения всего населения составила 508,3 – в Республике Дагестан, 460,6 – в Чеченской Республике, 504,8 – в Республике Ингушетия, 656,3 – в Республике Северная Осетия Алания в 2019 году.

Лидирующие позиции Алтайского края по заболеваемости МКБ объяснить довольно сложно. По национальному составу регион схож с другими территориями Российской Федерации: в регионе проживает более 100 национальностей, из них 93% – русские, 2% – немцы, 1,5% – украинцы. Климат в регионе умеренный, мало чем отличается от соседних регионов Сибири. Регион богат водными ресурсами: через край протекают такие крупные реки, как Обь, Бия, Катунь. Следовательно, отсутствуют видимые национальные и географические факторы риска развития уролитиаза среди населения Алтайского края. Не исключено, что высокая распространенность МКБ связана с особенностями питания и пищевыми привычками населения региона.

Как было показано в нашем исследовании, заболеваемость МКБ коррелирует с заболеваемостью сахарным диабетом 2-го типа, ожирением и потреблением мяса.

Интересно было провести сравнительный анализ заболеваемости коморбидными состояниями с заболеваемостью МКБ в Российской Федерации. Анализ распространенности ожирения показал, что Алтайский край являлся лидером по заболеваемости ожирением на 100 000 населения в 2018 году (5 566,9 случая). Орловская (1909,3) и Воронежская (2089,5) области были лидерами по распространенности ожирения на 100000 населения в ЦФО в 2018 году. Таким образом, регионылидеры по заболеваемости МКБ и ожирения идентичны. Алтайский край также является одним из регионов-лидеров по распространенности артериальной гипертонии (14 966,9 случая на 100 000 населения). Заболеваемость сахарного диабета 2-го типа в Алтайском крае также достаточно высока (3991,8 случая на 100 000 населения).

Объяснить причину высокой распространенности перечисленных выше состояний в одних и тех же регионах довольно сложно. Возможно, это связано с особенностями статистических расчетов в регионе. Тем не менее, не исключен факт, что взаимное потенцирование рисков различных заболеваний действительно имеет место. Такие работы требуют дополнительного понимания не только статистических данных, но и патогенетических механизмов подобных связей.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Заболеваемость МКБ среди взрослого населения стабильно растет во всех регионах Российской Федерации, в то время как заболеваемость среди детей остается стабильной. Распространенность уролитиаза была связана с увеличением заболеваемости сахарным диабетом 2-го типа, ожирением и потреблением мяса. Согласно нашим результатам, такое увеличение заболеваемости МКБ может быть связано с увеличением числа пациентов с метаболическим синдромом и изменениями стереотипа питания взрослого населения.

ЛИТЕРАТУРА

1. Pak CY (1998) Kidney stones. Lancet 1998;351(9118):1797–1801.

2. Bultitude M. Urolithiasis around the world. BJU Int 2017;120(5):601. https://doi.org/10.1111/bju.14033.

3. Mohebbi N. Risk factors for urolithiasis. Ther Umsch 2021;78(5):223-227. https://doi.org/10.1024/0040-5930/a001264.

4. Khan SR, Pearle MS, Robertson WG, Gambaro G, Canales BK, Doizi S, et al. Kidney stones. Nat Rev Dis Primers 2016(2):16008. https://doi.org/10.1038/nrdp.2016.8.

5. Sorokin I, Mamoulakis C, Miyazawa K, Rodgers A, Talati J, Lotan Y. Epidemiology of stone disease across the world. World J Urol 2017;35(9):1301-1320. https://doi.org/10.1007/s00345-017-2008-6.

6. Stamatelou KK, Francis ME, Jones CA, Nyberg LM, Curhan GC. Time trends in reported prevalence of kidney stones in the United States: 1976–1994. Kidney Int 2003;63(5):1817–1823.

7. Harrison M, Abrahams M, Maxwell VM, Marshall L. Stoller Harrison, M. Urinary Stone Inhibitors. In the book: Urinary stone disease. New Jersey 2007;157-175 р.

8. Morgan MS, Pearle MS. Medical management of renal stones. BMJ 2016(352):i52. https://doi.org/10.1136/bmj.i52.

9. Ramello A, Vitale C, Marangella M. Epidemiology of nephrolithiasis. J Nephrol 2000;13 Suppl 3:S45-50.

10. Prezioso D, Illiano E, Piccinocchi G, Cricelli C, Piccinocchi R, Saita A, et al. Urolithiasis in Italy: an epidemiological study. Arch Ital Urol Androl 2014;86(2):99-102. https://doi.org/10.4081/aiua.2014.2.99.

11. Wolf JS, Schwartz BF, Talavera F. O'Connor RE. Nephrolithiasis [Electronic resource]. URL: Emedicine.medscape.com.

12. Liu Y, Chen Y, Liao B, Luo D, Wang K, Li H, Zeng G. Epidemiology of urolithiasis in Asia. Asian J Urol 2018;5(4):205-214. https://doi.org/10.1016/j.ajur.2018.08.007.

13. Okuyama M. Epidemiology of urolithiasis. Clin Calcium 2011;21(10):1442-7.

14. Yoshida O, Okada Y. Epidemiology of urolithiasis in Japan: a chronological and geographical study. Urol Int 1990;45(2):104-11. https://doi.org/10.1159/000281680.

15. Scales CD Jr, Smith AC, Hanley JM, Saigal CS. Prevalence of kidney stones in the United States. Eur Urol 2012;62(1):160-5. https://doi.org/10.1016/j.eururo.2012.03.052.

16. Menard O, Murez T, Bertrand J, Daille AM, Cabaniols L, Robert M, et al. Epidemiology of urolithiasis in south of France: A retrospective monocentric study. Prog Urol 2016;26(6):339-45. https://doi.org/10.1016/j.purol.2016.04.005.

17. Daudon M, Traxer O, Lechevallier E, Saussine C. Epidemiology of urolithiasis. Prog Urol 2008;18(12):802-14. https://doi.org/10.1016/j.purol.2008.09.029.

18. Nassir AM. Prevalence and characterization of urolithiasis in the Western region of Saudi Arabia. Urol Ann 2019;11(4):347-352. https://doi.org/10.4103/UA.UA_56_19.

19. Heers H, Stay D, Wiesmann T, Hofmann R. Urolithiasis in Germany: Trends from the National DRG Database. Urol Int 2021 Dec 9:1-7. https://doi.org/10.1159/000520372.

20. Nassir AM. Erratum: Prevalence and characterization of urolithiasis in the Western region of Saudi Arabia Urol Ann 2020;12(2):203. https://doi.org/10.4103/0974-7796.282513.

21. Safdar OY, Alzahrani WA, Kurdi MA, Ghanim AA, Nagadi SA, Alghamdi SJ, et al. The prevalence of renal stones among local residents in Saudi Arabia. J Family Med Prim Care 2021;10(2):974-977. https://doi.org/10.4103/jfmpc.jfmpc_262_20.

22. Moe OW. Kidney stones: pathophysiology and medical management. Lancet 2006;367(9507):333–44. https://doi.org/10.1016/S0140-6736(06)68071-9.

23. Аполихин О.И., Сивков А.В., Чернышев И.В., Золотухин О.И., Щукин А.В., Кузьменко В.В. и др. Программа «Урология» модернизация здравоохранения на примере урологической службы воронежской области. Экспериментальная и клиническая урология 2012(3):4-8. [Apolikhin O.I., Sivkov A.V., Chernyshev I.V., Zolotukhin O.I., Shchukin A.V., Kuz'menko V.V., et al. «Urology» program – modernization of health care system on the example of urological care of Voronezh region. Eksperimentalnaya i klinicheskaya urologiya = Experimental and Clinical Urology 2012(3):4-8. (In Russian)].

24. Аполихин О.И., Катибов М.И., Шадеркин И.А., Просянников М.Ю. Принципы «Медицины 4P» в организации медицинской помощи на примере урологических заболеваний. Экспериментальная и клиническая урология 2017(1):4-9. [Apolikhin O.I., Katibov M.I., Shaderkin I.A., Prosyannikov M.Yu. Principles of «4P Medicine» in the organization of health care in the context of urological diseases. Eksperimentalnaya i klinicheskaya urologiya = Experimental and Clinical Urology 2017(1):4-9. (In Russian)].

25. Шишкин С.В., Аполихин О.И., Сажина С.В., Шадеркин И.А., Золотухин О.В., Просянников М.Ю. Повышение эффективности специализированной медицинской помощи: опыт структурных преобразований. Вопросы государственного и муниципального управления 2015(2):79-99. [Shishkin S.V., Apolikhin O.I., Sazhina S.V., Shaderkin I.A., Zolotukhin O.V., Prosyannikov M.Y. Improving effectiveness of the specialized medical care: the case of restructuring. Voprosy gosudarstvennogo i munitsipal'nogo upravleniya = Public Administration Issues 2015(2):79-99. (In Russian)].

Прикрепленный файлРазмер
Скачать статью1.96 Мб
мочекаменная болезнь; уролитиаз; заболеваемость; встречаемость; распространенность

Readera - Социальная платформа публикаций

Crossref makes research outputs easy to find, cite, link, and assess